Лили решила предпринять безнадёжную попытку лишится
девственности сегодня. И одежда, и теория вероятностей, и природная
застенчивость были против. Особенно последнее. Лили пошла в «Макдональдс» и
воображала, что будь она поразвязанее, она могла бы просто попросить
кого-нибудь из парней помочь ей, объяснив суть дела про спасение мира. Она
стала рыться в своём телефоне, смотря на мужские имена. Наконец она уткнулась в
телефон своего бывшего одноклассника, с которым они когда-то решали задачи в
школе. После долгих мучений она придумала текст смс: «Я поспорила, что займусь
сексом сегодня до полуночи. Только ты можешь мне помочь». И дрожащим пальцем
послала его. Затем съела мощный Биг Мак и закусила его картошкой фри. Помирать,
так с музыкой. Неожиданно пришёл ответ: «Я готов тебе помочь, но я Брисбене, а
это 200 км от тебя. Приезжай, если сможешь».
Не заходя домой, Лили поскакала на автобусную остановку.
Следующий автобус был через час, и она, к своему удивлению, успешно купила на
него билет. Таким образом, она могла бы быть в Брисбене около 5 часов вечера.
Час она коротала у экрана телевизора в зале ожиданий, слишком возбуждённая,
чтобы думать последовательно, но в автобусе успокоилась, и стала глядеть на
пейзаж. Поля, кусты и холмы сменяли друг друга.
Но когда они проехали уже полпути, автобус вильнул к обочине
и встал – сдулось колесо. Лили ощутила какую-то бессмысленную тревогу, как
бывает перед экзаменом, когда осознаётся нависание неизбежного. Лили вдруг
ощутила, что силы природы никогда не пустят ее в Брисбен, потому что тогда это
будет значить, что конца света не будет. Ремонт затягивался.
Лили овладела мрачная решимость. Она вышла на дорогу и стала
голосовать. Её неожиданно подобрал большой грузовик. Но за рулём оказалась
женщина, так что и тут не было шанса J.
Грузовик ехал медленнее, его обгоняли легковушки. В начале
водитель пыталась беседовать с Лили, но её односложность быстро свела беседу к
нулю.
Лили снова начала думать о теории вероятностей. Она стала
размышлять о том, какова вероятность конца света, исходя из всех тех данных,
которыми она сейчас обладает. Это называется байесовый подход. Априорно ей было
известно, что мир существует уже миллионы и миллиарды лет. И всё существование
мира привело к тому, что вот возникла она – его наблюдатель, непослушное и
глупое дитя.
Но если бы мир погиб раньше, она бы не возникла.
Следовательно, рассуждала Лили, мир мог иметь шансы погибнуть ранее и в 99
процентов случаев, но узнать об этом было бы никак нельзя, так как Лили
родилась бы только в тех мирах, которые не погибли. То есть родилась не на
высохшем Марсе и не на выжженной Венере, а только на Земле.
А значит, – очередное откровение пришло ей в голову
совершенно спокойно – мы, может быть, недооцениваем частоту природных катастроф
раз в 100, а может быть и в 1000 или в миллион. Просто потому, что нельзя
использовать прошлую статистику, где нам очень везло.
Более того, стало ей очевидно ближе к концу пути, люди как разумные
существа могли возникнуть, скорее всего, только в период бурь и катастроф,
которыми были последние оледенения, и к которым нельзя было приспособится
шерстью, рогами или мускулами – то есть всеми теми способами адаптации, которые
эволюция создаёт долго. Наоборот, нужен был быстрый способ адаптации – разум.
Поэтому разум мог возникнуть только тогда, когда Земля вступила в период
природных катастроф.
А значит, стало ей очевидно, что Земля давно находится на
грани своей устойчивости, подобно воздушному шарику, который надули до предела.
Лили удивилась, как легко ей приходят в голову мысли о конце
всего сущего – почему она такая умная? И еще она поняла, что никогда не доедет
Брисбена. Прямо впереди, почти перекрывая дорогу, висела огромная чёрная туча.
Комментариев нет:
Отправить комментарий