В начале это приходит как лёгкая форма усталости или лени,
нежелания общаться с людьми, хочется прийти домой и свернуться калачиком. Потом
дома становится как бы скучно, и одновременно между любым желанием и действием
возникает словно стеклянная стена. Эта скука вдруг разворачивается в тоску или
отчаяние, которое заполняет все пространство души, как смердящий труп. Уже
хочется её победить, но не знаешь как, и ничто не можешь сделать, чтобы это
побороть. А что делаешь, не помогает. Хочется немедленно умереть.
Иногда это начинается по-другому. Мне снится сон, что надо
мной издевается некая невидимая сила, которая не даёт мне включить свет в
квартире, гасит лампочки, отключает ток, закрывает окна, задувает свечи. Я
мечусь в отчаянии и одновременно в глубоком ужасе. Я просыпаюсь. Четыре часа
ночи, темно. Не бывает атеистов в окопах под огнем и ночью в темноте
рационалистов тоже не бывает. Я зажигаю свет, чтобы проверить, сможет ли он
гореть, и он нормально горит. Но вдруг скрипнет мебель или раздастся пара сухих
щелчков, ничем не особенных, но почему-то одновременно в разных углах комнаты.
Я начинаю думать, как может рассыхающийся шкаф в левом углу знать про оседающий
стул в правом, и списываю это на ошибку восприятия, но как-то неприятно и не по
себе, и хочется оставить свет горящим.
Утром все вроде нормально, но потом я понимаю, что тьма из
сна никуда не делась, а застилает мне мозг, присутствуя изнутри и не давая ни
на чём сконцентрироваться. Она проявляется то как вспышка отчаяния, то как
внезапно навалившаяся усталость. Начинаю подозревать, что схожу с ума, и читаю
википедию: все сходится.
Одновременно я думаю, что на любое описание мира,
дозволяющее чудо, следует и возможность невыразимого ужаса.
В детстве мне снилась деревня, на которую иногда накатывала
смертельно опасная тьма, и нужно было за несколько секунд, пока бил колокол,
успеть добежать до ближайшего дома. И пока бежишь, видно, как она
распространяется из глубины улицы, обволакивая фонари, которые горят, но уже не
светят, и уже фонарь над моей головой тоже.
Ещё в этой деревне была канава с водой, и там, под водой
парил орёл, что тоже было страшно. А снаружи в поле стояли остовы животных,
которые не успели убежать, и умерли от страха стоя.
Итак, регулярно, раз в месяц или три на меня накатывает
душераздирающая депрессия. Иногда мне кажется, что я её не переживу, если
позволю ей развиваться по своей внутренней логикой, и всякий раз я нахожу
способ её сломать, перебить развлечением, лекарством или переменной мест. Но
этот способ расходуется до конца, и когда-нибудь способы закончатся.
И если у меня
особенно плохое настроение, я слушаю Аббу. Если я слушаю Аббу – это действительно плохой знак.
Особенно если это «Happy new year». Это вообще хана. Когда способы противостоять
беспробудному отчаянию закончатся, я тоже закончусь. Но пока я выплываю. И
когда я выплываю, я иду к противоположному состоянию – космического подъёма.
Это непросто внезапный сбой концентрации нейромедиаторов –
это антипод просветления, когда вдруг соприкасаешься с априорной
бессмысленностью человеческого существования. Это и есть честное признание
своей природы без буддийских мудростей. Нет ничего, ради чего стоило бы жить.
Нет никакой цели, которую бы ты мог придумать, используя для этого другую цель.
В целом есть три корня депрессии – химический, социальный и метафизический.
Химический состоит в сбое в работе определённых нейромедиаторов в мозгу, и там
может быть много причин.
Метафизический состоит в осознании априорной бессмысленности
человеческого существования – что мы биороботы, причины и цели нашего поведения
определены естественным отбором, и даже наши иллюзии им обусловлены, и помимо
того ничего нет. Как только ты способен показываешься переписать свои жизненные
цели, ты оказываешься перед пустотой – нет никаких целей, которые бы не были
обусловлены процессами эволюции. Удовольствие, потребности есть, сохранять
жизнь, доминировать и распространяться – всё это сформировалось путём отбора.
Если ты придумываешь новую цель в жизни, ты прямо или косвенно опираешься на
эти. И чем яснее твой разум, тем яснее ты понимаешь, как именно ты их
использовал. Например, если ты задумал новую суперцель – полететь на Плутон –
то это вполне укладывается в инстинкты распространения, доминирования и
ориентировки.
Социальный корень депрессии в том, что существа с более
низким социальным статусом в стае обычно более подавлены. Это доказано в опытах
на крысах, и мышах, и ещё каких-то хомяках. Отсутствие общения ведёт к
депрессии.
Безусловно, депрессии способствуют и возрастные изменения
мозга. Но есть ещё и информационный корень депрессии – это исчерпание новизны в
мире. Когда я вхожу в огромный книжный магазин – мне ничего не интересно –
поскольку я прочитал не одну книгу в каждом классе книг – детектив, религиозная
литература, история, фантастика – и примерно знаю, что может быть написано в
остальных. Во всяком случае, мне так кажется. Все низко висящие фрукты собраны.
Не то в детстве – я не знаю, как строен паровоз и могу это узнать прямо сейчас!
Но ведь и сейчас я не знаю всех деталей работы кривошипо-шатунного механизма
или как его зовут? Почему же мне не интересно это – потому что я знаю, что это
знание бессмысленно, бесполезно и скоро забудется. Нет той детской установки на
обучение всему подряд.
А ещё одна причина депрессии у взрослого человека – это
осознание неизбежности смерти и того, что всё хорошее – в прошлом. Жизнь не
только бессмысленна, но её мучительность будет нарастать и затем она обратится
в абсолютное ничто. И из этой троицы – бессмысленность, мучительность и ничто –
именно «ничто» сохраняет какой-то ареол интересности и привлекательности. Вау.
Вот почему так хочется умереть.
Но мы забыли главный суперкорень депрессии – это несчастная
любовь. Счастливая любовь – это когда юноша и девушка встретили друг друга в
старших классах школы, мгновенно взаимно влюбились в друг друга, и прожили до
конца жизни в чём-то вроде непрерывного вялотекущего взаимного оргазма. Всё, что не укладывается в эту схему – это
несчастная любовь, с ссорами, расставаниями, одиночеством, навязчивостью, изменами
и всей прочей хренотенью. Поскольку эта идеальная схема явным образом
нереализуема, то почти у каждого и очень часто любовь бывает несчастной.
Так-то, дружок.
Можно сказать, что несчастная любовь – это нереализованная
потребность быть с другим человеком. И эта потребность внутренне противоречива.
Например, она чередуется с потребностью побыть одному или общаться с
несколькими разными людьми. Или она требует примирения с определёнными
недостатками другого человека.
Но поскольку идеальная любовь по определению недостижима, то
это создаёт непрерывный саспенс в жизни человека – стремиться к ней, и
соответственно, создаёт иллюзию обладания целью, движения к ней и наполненности
жизни смыслом. То есть то же, что вгоняет нас в самую депрессию, то же и
придаёт жизни смысл! Страшно подумать, что будет, если это конструкция рухнет.
Комментариев нет:
Отправить комментарий